По чернобыльским программам за границу ездило не одно поколение беларуских детей. Чаще всего такие поездки они до сих пор вспоминают с теплотой и восторгом («мы как будто попали на Марс»). Но есть и другие истории: «Принимающих родителей мы называли “хозяин” и “хозяйка”. За 9 лет они ни разу не купили мне ни карандашей, ни раскрасок», – вспоминает Алина*, которую поездки в Италию тоже очень сильно изменили.
«Некоторые выбрасывали вещи беларуских детей»
Впервые Алина поехала в Италию в июле 2005 года, когда ей было 7 лет, и затем возвращалась туда каждое лето до 16 лет. Все получилось спонтанно: ее мама узнала о программе «Помощь детям Чернобыля» и отправила фотографию дочери в фонд, где ее и выбрала итальянская семья. Единственное, что они знали о принимающей семье, это только то, что итальянцы уже участвовали в программе и их взрослая дочь говорит по-русски.
К заграничным поездкам маленькая Алина была привычна – с трех лет мама ежегодно возила ее на море. Но одно дело – путешествовать с родителями, и совсем другое – первый в жизни полет без мамы.
Алина вспоминает, что летела большой группой из 30–40 детей с сопровождающими и была уверена, что они будут жить все вместе. Однако после прилета их привезли в город, где уже ждали принимающие семьи. Этот момент она помнит отчетливо: вокруг много людей, все что-то говорят на непонятном языке, который тогда казался ей тарабарщиной.
«Детей быстро разбирали по семьям, и в какой-то момент я, стоя с сопровождающей, поняла, что осталась последней. Вот тогда ко мне подошли мои итальянцы: мама и ее дочь. Она взяла меня за руку и спросила по-русски: “Привет. Как тебя зовут?” В эту секунду я выдохнула: появился человек, с которым у нас есть общий язык».
Семья жила в большом красивом доме на склоне горы, прямо за которым начинались виноградники, – для семилетней Алины это тогда выглядело как «картинка из фильма». В доме были три отдельные квартиры и гараж на три машины. Жили все вместе: родители, их двадцатилетняя дочь, бабушка и дядя. Алина вспоминает, что дети из программы между собой называли принимающих родителей «хозяин» и «хозяйка».
«Некоторые боялись радиации, выбрасывали вещи беларуских детей, покупали все новое и не ели привезенные из Беларуси продукты. Например, моя хозяйка по приезде всегда перестирывала мои вещи. Может, действительно немного переживала. Но при этом беларуские сладости итальянцы ели с удовольствием – особенно любили “спартаковский” грильяж».
Как ни странно, знание русского дочерью принимающей семьи скорее мешало: Алина расслаблялась и не пыталась говорить сама, из-за чего учила итальянский медленнее других. Но к концу месяца все равно втягивалась и могла объясниться на базовом уровне.
Обычно Алина оставалась дома с итальянской мамой, много читала и рисовала: «Причем я все привозила из Беларуси. А они ни разу не купили мне ни карандашей, ни раскрасок. Я искренне не понимала, чем, по их мнению, я должна была в Италии заниматься».
Алина вспоминает, что «хозяйка» злилась, когда беларуская девочка ложилась спать после обеда, – а та просто не выдерживала итальянской жары.
Фото: Suborna Jahan, Unsplash.com.
«Я привезла домой 7 кг лишнего веса»
Вечера в Италии Алина до сих пор вспоминает с теплом: это было время долгих прогулок, пиццы и кофе. Особенным ритуалом стали вылазки за мороженым. Девушка признается, что после итальянского «джелато» еще долго не могла есть беларуское – оно казалось ей слишком жирным и приторным, «как масло с сахаром». Удивляли и завтраки: вместо привычных бутербродов и омлета на столе были только сладости или хлопья с молоком.
После одной из поездок Алина привезла домой 7 кг лишнего веса. Это было неудивительно: на ужин часто заказывали каждому по пицце, любимой была Margherita con patatine fritte – маргарита с картошкой фри, местный вариант детского фастфуда. Хозяйка всегда накладывала гостье огромные порции и обижалась, если та не доедала. Только спустя годы, когда Алина стала старше, им удалось найти общий язык в вопросах еды.
Как-то дочка хозяев поехала с Алиной в горы. Ходить приходилось много, беларуска вспоминает, как во время одного из подъемов ей стало плохо – от высоты кружилась голова и тошнило. Но мучения того стоили: именно в ту поездку девочка впервые увидела невероятные виды с лазурными озерами в окружении гор и пасущимися рядом коровами. Этот пейзаж беларуска запомнила на всю жизнь.
«А мне почти ничего не покупали, и, если честно, было обидно»
Иногда фонд организовывал встречи с другими детьми из программы – Алина вспоминает, что ее итальянцы неохотно возили ее на общие сборы в бассейн или на прогулки. Однажды девушка попросила сопровождающую поговорить с ее хозяйкой об этом, но услышала, мол, она приехала к ним в семью, а не с другими детьми гулять.
Когда Алина пересекалась с другими детьми, они рассказывали, что принимающие семьи полностью собирали их к школе: покупали одежду, подарки, чемоданы были буквально забиты.
– А мне почти ничего не покупали, и, если честно, было обидно: другие дети уезжают с перевесом багажа, а мне мои итальянцы заранее звонили и говорили, что привезти с собой из дома. Помню, я фанатела от «Винкс» (сериал про маленьких феечек. – Ред.), а Италия была родиной этого мультика. Вокруг был настоящий рай из мерча, но из всего этого изобилия мне купили только одну майку. Я ожидала другого. Это были нулевые, они же понимали, из какой я страны: у нас тогда не было ни импортных вещей, ни продуктов, ни элементарных диснеевских раскрасок.
Девушку постоянно брали с собой по магазинам, но ничего не предлагали купить – ни сладостей, ни игрушек. Стеснительный ребенок, она решилась попросить подарок только в свою последнюю поездку. В моде были кеды Converse, и Алина мечтала о таких же лавандовых, как у дочки «хозяев». Ей пообещали, но в итоге вместо кед купили дешевые шлепанцы на рынке. Позже девочка случайно подслушала разговор взрослых: они возмущались, что и так дали ей много, а она просит что-то еще.
– Я потом в аэропорту увидела, что одной девочке из нашей группы купили эти самые «конверсы» и очки Ray-Ban. Мне было очень обидно: я же была ребенком и тоже хотела красивые и модные вещи, – признается она.
По словам Алины, это была среднестатистическая итальянская семья. Но достаток был виден по тому, как они одевались и что покупали. Кем именно работали «хозяева», она не знала, спрашивать было неудобно, но хозяйка всегда брала отпуск на целый месяц, пока Алина у них гостила.
Уже позже, когда Алина стала старше, «хозяин» дома стал мэром города, а их дочка работала специалисткой на крупном предприятии.
Фото: Devon MacKay, Unsplash.com.
«Они стали для меня семьей – причем настоящей, без “сюси-пуси”»
Алину каждый год тянуло в Италию. Возвращаясь домой, она часто говорила маме, что больше не поедет, но, когда приходило время собираться, снова паковала чемоданы. Да и прощания всегда были тяжелыми: плакали и Алина, и ее «хозяева». В последнюю поездку не сдержал слез даже «хозяин» дома, с которым они не были особо близки и редко общались.
– Они стали для меня семьей – причем настоящей, без «сюси-пуси»: без лишней нежности, со своей строгостью и бытовыми нюансами. Хотя иногда хотелось больше тепла. В других семьях беларусов больше баловали, а некоторых даже приглашали потом учиться в Италию. Мне такого предложения не сделали.
Алина до конца не знает, была ли у принимающих семей какая-то выгода. Ходили слухи, что им могли давать льготы на коммунальные услуги, и экономия порой была заметна. Например, дома никогда не принимали душ — только ванну, которую наполняли максимум наполовину.
В последний раз она была в Италии в 10-м классе. Потом началась подготовка к поступлению, университет – и поездки прекратились. Связь поддерживали еще несколько лет, дочка итальянцев даже предлагала оплатить билеты, лишь бы Алина приехала, но та так и не собралась. Сейчас девушка жалеет, что общение в итоге сошло на нет и связь между ними прервалась.
Алина подчеркивает, что благодарна итальянцам:
— Они показали мне другую реальность. Но, возвращаясь домой, я скучала не столько по самой семье, сколько по жизни в Италии. Слишком сильным оказался контраст: итальянцы проще относятся к жизни, ходят в кафе, гуляют без повода и радуются мелочам вроде мороженого. Даже к алкоголю там относятся иначе.
Сейчас, оглядываясь назад, Алина иногда задается вопросом, стоил ли того этот опыт:
— Может, лучше бы я вообще не ездила туда, не видела бы этих прикрас и жила бы счастливо в своем болоте.
*Имя и личные данные изменены по просьбе героини.
Перепечатка материалов CityDog.io возможна только с письменного разрешения редакции. Подробности здесь.
